Упор на внешность приводит к общей переоценке ценности «красоты» в эротической жизни

Избранное

В своей деятельности каждый человек проявляет свою неповторимость и своеобразие, а в любви он вбирает в себя неповторимость и
своеобразие своего партнера.

psycho.by_Somnambula_003 Психологически, конечно, можно понять, что непривлекательный человек будет мучительно и искусственно добиваться того, что приходит так легко к привлекательному человеку. Некрасивый человек будет переоценивать любовную жизнь, и чем меньше радости он имеет в своей собственной жизни, тем больше он преувеличивает ее значение. В действительности любовь — только один из возможных способов наполнить жизнь смыслом, и даже не лучший способ. Наше существование пришло бы к печальному концу Читать далее

Люди используют социальные сети не для объединения, а для того, чтобы окопаться в зоне комфорта

«Социальные медиа как западня»

Быстрым шагом к удовольствиям и одиночеству. Патриарх социологии Зигмунт Бауман — о политике, ставшей долей оставленных.
Зигмунт Бауман, только отпраздновав свое девяностолетие, покинул родной северный английский Лидс, чтобы совершить два перелета подряд в Северную Испанию — на конференцию в Бургосе. Он признается в усталости в начале интервью, но все же ему удается говорить спокойно и четко, с расстановкой — он ненавидит давать простые ответы на сложные вопросы. После создания и разработки им в конце 1990-х годов теории «текучей модерности» — а в ней он развил мысль о нашем времени как о таком, в котором «все договоренности — временные, мимолетные, действительные только до следующего обращения к ним», — Бауман стал лидирующей фигурой в области социологии. Его исследование о неравенстве и критика того, что он полагает провалом политики удовлетворения массовых ожиданий, наряду с невероятно пессимистичным видением будущего социума, были подхвачены так называемым «Движением возмущенных 15 мая» в Испании, хотя он сам не перестает подчеркивать его слабости. Родившийся в 1925 году в Польше, после германского вторжения 1939 года он бежал вместе с родителями в СССР. В 1968 году, лишившись должности учителя и будучи исключенным из коммунистической партии (наряду с тысячами других евреев) в ответ на события Шестидневной войны, Бауман уехал в Великобританию, начав преподавание в Университете Лидса, где ныне является почетным профессором социологии. Его работы были отмечены многочисленными международными наградами, среди которых — почетный знак принца Астурийского 2010 года. Бауман очертил контур вполне пессимистичного взгляда на мир в ряде недавно выпущенных книг: к примеру, в книге 2014 года «Идет ли богатство немногих на пользу всем прочим?» Читать далее

Карл Юнг: Обретут ли души мир?

«Я знаю, что демоны существуют»

Это интервью основателя аналитической психологии было опубликовано в швейцарской газете Die Weltwoch 11 мая 1945 года, через четыре дня после капитуляции немецкой армии в Реймсе.

Die Weltwoche: Не считаете ли вы, что окончание войны вызовет громадные перемены в душе европейцев, особенно немцев, которые теперь словно пробуждаются от долгого и ужасного сна?

Карл Густав Юнг: Да, конечно. Что касается немцев, то перед нами встает психическая проблема, важность которой пока трудно представить, но очертания ее можно различить на примере больных, которых я лечу. Для психолога ясно одно, а именно то, что он не должен следовать широко распространенному сентиментальному разделению на нацистов и противников режима. У меня лечатся два больных, явные антинацисты, и тем не менее их сны показывают, что за всей их благопристойностью до сих пор жива резко выраженная нацистская психология со всем ее насилием и жестокостью. Когда швейцарский журналист спросил фельдмаршала фон Кюхлера [Георг фон Кюхлер (1881-1967) руководил вторжением в Западную Польшу в сентябре 1939 г. Он был осужден и приговорен к тюремному заключению как военный преступник Нюрнбергским трибуналом] о зверствах немцев в Польше, тот негодующе воскликнул: «Извините, это не вермахт, это партия!» — прекрасный пример того, как деление на порядочных и непорядочных немцев крайне наивно. Все они, сознательно или бессознательно, активно или пассивно, причастны к ужасам; они ничего не знали о том, что происходило, и в то же время знали.Вопрос коллективной вины, который так затрудняет и будет затруднять политиков, для психолога факт, не вызывающий сомнений, и одна из наиболее важных задач лечения заключается в том, чтобы заставить немцев признать свою вину. Уже сейчас многие из них обращаются ко мне с просьбой лечиться у меня. Если просьбы исходят от тех «порядочных немцев», которые не прочь свалить вину на пару людей из гестапо, я считаю случай безнадежным. Мне ничего не остается, как предложить им анкеты с недвусмысленными вопросами типа: «Что вы думаете о Бухенвальде?» Только когда пациент понимает и признает свою вину, можно применить индивидуальное лечение.

— Но как оказалось возможным, чтобы немцы, весь народ, попали в эту безнадежную психическую ситуацию? Могло ли случиться подобное с какой-либо другой нацией?
К. Г. Ю.: Позвольте сделать здесь небольшое отступление и наметить в общих чертах мою теорию относительно общего психологического прошлого, предшествовавшего национал-социалистической войне. Возьмем за отправную точку небольшой пример из моей практики. Однажды ко мне пришла женщина и разразилась неистовыми обвинениями в адрес мужа: он сущий дьявол, он мучит и преследует ее, и так далее и тому подобное. В действительности этот человек оказался вполне добропорядочным гражданином, невиновным в каких-либо демонических умыслах. Откуда к этой женщине пришла ее безумная идея? Да просто в ее собственной душе живет тот дьявол, которого она проецирует вовне, перенося свои собственные желания и неистовства на своего мужа. Я разъяснил ей все это, и она согласилась, уподобившись раскаявшейся овечке. Казалось, все в порядке. Тем не менее именно это и обеспокоило меня, потому что я не знаю, куда пропал дьявол, ранее соединявшийся с образом мужа. Совершенно то же самое, но в больших масштабах произошло в истории Европы. Для примитивного человека мир полон демонов и таинственных сил, которых он боится; для него вся природа одушевлена этими силами, которые на самом деле не что иное, как его собственные внутренние силы, спроецированные во внешний мир. Христианство и современная наука дедемонизировали природу, что означает, что европейцы последовательно вбирают демонические силы из мира в самих себя, постоянно загружая ими свое бессознательное. В самом человеке эти демонические силы восстают против кажущейся духовной несвободы христианства. Демоны прорываются в искусство барокко: позвоночники изгибаются, обнаруживаются копыта сатира.
Человек постепенно превращается в уробороса Читать далее

О повышении своей значимости в глазах окружающих

_brain_999_07_2015

Что такое «понты» ?  Это — пускание пыли в глаза, изображение себя с помощью «атрибутов респектабельности»  перед окружающими в более достойном образе, нежели на самом деле. Особенно детально, глубоко и иллюстративно это массовое явление описано в произведениях автора Сергея  Минаева :
Дyxless, Media Sapiens, Время героев, The Тёлки, Р.А.Б.

Сейчас — время понтов. Школьники ходят с навороченными смартфонами, которые, по сути, нужны только бизнесменам, и вместо бизнес-приложений качают на них игрульки. Недоменеджеры с зарплатой 40 тыс. ездят на машинах за пару миллионов. Деревенские нищеброды закатывают свадьбу в лучших традициях кавказских свадеб 19 века — 100500 гостей, тонны вина и еды, несколько дней празднования… Всё это — исключительно для того, чтобы увидели окружающие. Чтобы быть «не хуже других». Чтобы позавидовали.

Понты становятся заразными. Необходимость красоваться диктуется современным обществом даже тому, кто этого изначально не хочет. Если у школьника у едиснвенного в классе нет айфона — его будут считать лохом. Если офисный планктон выкладывает в отпуске фотки с дачи, а не из Турции или Египта — его считают нищебродом. А у любого бизнесмена все знакомые чуть ли не требуют, чтобы он ездил на огромном внедорожнике. Иначе неправильный бизнесмен. Читать далее